Отдел по работе со слушателями

(8142) 77-45-57

Режим работы:
пн — пт: 10:00 — 18:00

Бронирование билетов

(8142) 76-92-08

Режим работы кассы:
пн—пт: 12:00 — 19:00 сб—вс: 11:00 — 17:00

Лето. Ночь. Музыка.

8 июля 2015, среда

В ночь с 4 на 5 июля огромное количество людей, расположившись вдоль берега Белого озера, слушали классическую музыку. «Ночь музыки» в Гатчинском дворцовом парке прошла уже в шестой раз.

Ежегодно концерт на открытом воздухе собирает тысячи слушателей. Люди едут в пригород Санкт-Петербурга, к Белому озеру, за романтической обстановкой и прекрасной музыкой в исполнении отличных музыкантов.

По традиции, в фестивале соединяется академическая музыка и композиции в стиле crossover. В этом году несколько часов публика наслаждалась исполнением двух оркестров – Санкт-Петербургского государственного академического симфонического оркестра и Симфонического оркестра Карельской государственной филармонии. В первой части концерта звучали произведения Грига, Дворжака, Сен-Санса, во второй – симфонические обработки песен культовых групп «The Beatles» и «Queen». Открылся вечер «Коронационным маршем» Петра Ильича Чайковского.

Перед концертом Юрий Серов, программный директор и идейный вдохновитель этого масштабного open-air, хорошо известный петрозаводским слушателям по абонементу прошлого сезона «Музыкальная среда с Юрием Серовым», рассказал, почему в этом году концерт открылся «Коронационным маршем», как музыка, звучащая в эту ночь, связана с императорской династией, каким образом петербургской фестиваль на воде перекликается с масштабными open-air в Европе и почему услышать классическую музыку здесь собираются тысячи слушателей.

 

– Юрий Эдуардович, в Петербурге проводится масса различных фестивалей, концертов, а Вы шесть лет назад не побоялись создать новый музыкальный проект, да ещё ставший таким популярным и не только среди петербуржцев…

Такого масштабного ежегодного концерта, проводимого на открытом воздухе, в Петербурге не было (я не беру в расчёт концерты на Дворцовой площади). Такая форма проведения, когда сцена стоит на воде, на фоне величественного дворца, а зрители сидят на берегу – это абсолютно новое событие в петербургском музыкальном мире. Приятно, что за шесть лет «Ночь музыки в Гатчине» стала одним из самых значительных open-air в России, теперь здесь собирается более 15 тысяч слушателей ежегодно.

– Была ли цель популяризировать классику? Как Вам удалось привлечь внимание к классической музыке невероятного количества слушателей?

Идея пропагандировать классическую музыку – идея всей моей жизни, без сомнений. В данном случае, может быть, задача решается проще, благодаря тому, что классика соединяется с удивительной парковой природой, с короткой белой ночью, которую спешит сменить заря. Мы называем этот концерт «романтической ночью для взрослых». Может быть, в этой обстановке симфоническая музыка звучит по-другому и влечёт за собой какие-то романтические чувства, которые, возможно, когда-то подтолкнут к походу в концертный зал.

– Почему среди всех романтических предместий Санкт-Петербурга Вы выбрали Гатчину?

Дело в том, что директор музея-заповедника «Гатчина» Василий Юрьевич Панкратов по-настоящему любит классическую музыку. Это музейный человек, который слушает диски Рахманинова. У него в кабинете огромное количество записей, поэтому для него было интересно попробовать что-то связанное с классической музыкой.

– Есть ли какая-то связь у музыки, которая здесь звучит, с историческими деятелями, в разные времена владевшими этим дворцом?

Если окунуться в историю, то Павел I очень любил музыку, но в его эпоху были популярны итальянцы, русской классической музыки не было. Здесь есть другая серьёзная связь. Александр III, чьи мемориальные комнаты сейчас в этом дворце восстановлены, сделал этот дворец своей резиденцией, сюда приехал двор, более того, он сделал Гатчину столицей Российской империи. На его коронационных торжествах звучала музыка, написанная Петром Ильичом Чайковским. С Александром III связано три произведения Чайковского: это «Коронационный марш», во время исполнения которого император проходил по собору, это кантата «Москва», звучащая во время торжественного обеда, а годом раньше Александр присутствовал на освящении храма Христа Спасителя, тогда звучала увертюра «1812 год».

– Собираетесь исполнить все эти произведения?

Историческую связь дворца с музыкой Чайковского мы, конечно, используем, и это доставляет мне как программному директору большое удовольствие – я люблю такие неожиданные музыкальные связи. Увертюра, естественно, под фейерверк звучала в прошлом году, в этом мы услышим «Коронационный марш». Я хочу, чтобы в следующем году была сыграна кантата «Москва», как бы это ни было непатриотично для коренного петербуржца.

– Когда фестиваль только создавался, Вы планировали каждый год играть музыку какого-то одного композитора. В связи с чем произошли перемены?

От этой идеи отказались довольно быстро, ведь не так много композиторов, которых интересно слушать четыре часа. Чайковский – да, Рахманинов – пожалуй, остальные могут быть уже не столь интересны. К тому же симфонический репертуар настолько безбрежен, что можно сто лет организовывать фестивали и не повториться, и всегда играть хорошую музыку.

– По какому принципу составлялась программа этого года?

В последние годы повелось, что первые два часа у нас звучит классика, чисто академическая музыка, а продолжает концерт – более лёгкая для восприятия, на стыке культур, crossover. Открывается вечер «Коронационным маршем» Чайковского, потом прозвучит Фортепианный концерт Грига в исполнении изумительного норвежского пианиста Нильса Мортенсена, которого я приглашал когда-то в Петрозаводск. Он играет сильно, свежо, ярко. Потом – «Славянские танцы» Дворжака, «Рондо-каприччиозо» Сен-Санса, «Половецкие пляски» Бородина – вся музыка знакомая и любимая! Особенно приятно узнать, что и в замке Шаттенбург рядом с Веной, где тоже ежегодно проходит масштабный open-air, в этом году играли концерт Грига, а на фестивале в Берлине тоже в этом году звучало «Рондо-каприччиозо» Сен-Санса... Так случайно получаются переклички с европейскими фестивалями.

– Каких зарубежных музыкантов Вы пригласили в этом году?

С петербургским оркестром будет играть литовский дирижёр Модестас Питренас, с оркестром из Карелии выступит бельгиец Вальтер Пруст. Это очень яркие музыканты, в высшей степени профессиональные. Мне хочется, чтобы наши оркестры, которых мы приглашаем играть – и петербургский, и петрозаводский, – пообщались с яркими личностями, получили свежие впечатления. Для русских оркестров, которые, в основном, варятся в собственном соку, это очень важно. Дирижёры с большим удовольствием откликнулись на предложение приехать летом в Петербург. Музыканты приехали с жёнами, кто-то с друзьями – есть возможность побывать в красивом месте, погулять, посмотреть, послушать.

– Организуя фестиваль, Вы явно преследуете несколько целей, в том числе и образовательную?

Как дирижёр и сын дирижёра я всегда стараюсь заботиться об оркестре. Чтобы оркестр не просто играл, а развивался.

–Уже несколько лет приглашаете Симфонический оркестр Карельской филармонии. Вам нравится работать с этим коллективом?

Вот только что мне звукорежиссёр сказал: «Какой хороший оркестр!» Потом ещё важно, что карельскому оркестру ехать недалеко. Мы обдумываем приглашение оркестров из дальнего зарубежья, но пока не знаем, как упростить организацию их приезда. Поэтому пока приглашаем оркестры, которые находятся не очень далеко. Каждый год участвует петербургский оркестр, руководителем которого я являюсь, а второй коллектив – приглашённый. У нас выступал Литовский национальный оркестр из Вильнюса, Белорусский национальный оркестр из Минска.

– Наш Симфонический оркестр играет симфонические обработки песен «The Beatles» и «Queen»? Кто поделился нотами?

Это материал Вальтера Пруста. Я слушал эту программу в Голландии, и мне она очень понравилось. Я попросил его исполнить эту музыку здесь. Хотя он Вальтер Пруст любит исполнять и Брамса, и Бетховена (и очень хорошо это делает), но, как современный дирижёр, он с удовольствием работает и с экспериментальными программами.

– С берегом сцена соединяется узким мостиком, поэтому очень интересно, как на сцену попадает рояль?

С помощью специальных салазок, креплений. Другие инструменты перевозим на лодках, а рояль всё же по суше – не рискуем.

– Вы выглядите расслабленным и даже счастливым. Всё идёт так, как задумано?

Вы хотите, чтобы я был зажатым и нервным? (смеётся) Мне кажется, что всё идёт хорошо. Мне важно, чтобы комфортно чувствовали себя музыканты и люди, которые придут, а придёт очень много. Всё-таки двадцать тысяч – это огромная аудитория для классической музыки. В первые годы я нервничал, сейчас верю в команду, которая вокруг, не влезаю в то, что делают другие люди.